Томас Гарди. Наши приключения в Уэст Поли (окончание)




КАК МЫ СТАЛИ СОЮЗНИКАМИ ЖИТЕЛЕЙ ДЕРЕВНИ

   Действительно, вода, про которую мы совсем позабыли с того момента, как появился мельник, продолжала подниматься медленно и неотвратимо. При виде того, как она перекатывается через край уступа, нас охватил ужас. Напрасно мы вслушивались и вглядывались в темноту – сапожник не возвращался. Вскоре вода стала заливать нам ботинки, ноги сводило от холода. Мельника трясло, он едва держался на ногах.
   – Ох, только бы мне выбраться отсюда, – причитал он, – я бы столько добра сделал... столько добра... всем, всем! Ой-ой-ой, вода!
   – Мог бы попридержать язык! Вон Леонард – совсем малыш, и то не скулит, – сказал Джоб, указывая на меня.
   Пристыженный мельник замолчал, и некоторое время все было тихо.
   Вдруг наверху, в расщелине, которая оставалась нашей единственной надеждой, послышался неясный шум и замелькал слабый свет. Он становился все ярче, и блики его по краям расщелины играли, как улыбка на полуоткрытых губах.
   В отверстии показались шляпы и головы – одна, две, три, четыре, – потом руки, фонари, плечи и, наконец, веревки, которые наши спасители захватили с собой.
   – Держитесь, мы здесь! – кричали люди.
   И читатель может себе представить, каким радостным криком мы им ответили.
   – Скорей, скорей, во имя всего святого! – орал мельник.
   Люди наверху посовещались, и один из них крикнул:
   – Держите веревку! Попробуйте привязать ее, и взбирайтесь по одному. Если не удастся, пусть один из вас обвяжется и прыгнет в воду, мы его подтянем на середину, а потом вытащим.
   – Хорошо придумано! – одобрил мельник. – Только поторапливайтесь. Я стою по пояс в воде и до полусмерти продрог. Кидайте мне веревку.
   – Нет, мельник, так дело не пойдет! – прокричал кто-то сверху. (Это был Неудачник, который пришел с другими вместе.) – Сначала пропусти ребятишек, и раньше всех самого маленького.
   – Ну, конечно, конечно, я просто оговорился! – Мельник поспешил исправить свою ошибку.
   Кинули веревку. Джоб поймал ее и обвязал меня вокруг пояса. Я немного трусил, однако бросился в воду и, поддерживаемый веревкой, доплыл до того места, над которым находилась расщелина. Люди дружно взялись, веревка натянулась, я почувствовал, что раскачиваюсь в воздухе, и вскоре меня подхватило множество рук – здесь собралась добрая половина деревни. Когда поднялась тревога, вся улица бросилась нам на помощь.
   Вслед за мной вытянули Стива.
   Тут мельника внезапно обуял страх, что, оставшись последним, он не сумеет поймать веревку, и он принялся умолять Джоба уступить ему свою очередь.
   – Ладно, – сказал Джоб, – только при одном условии.
   – Я согласен на все.
   Вместо ответа Джоб порылся в карманах и извлек вывалянную в муке записную книжку, в которой он отмечал количество проданной муки и отрубей. Наклонившись к свече, он стал что-то писать, а закончив, обратился к мельнику:
   – Если хочешь, чтобы я согласился, то подпиши вот это.
   Мельник прочел: "Ниже свидетельствую, что отныне мой работник Джоб Трэй, согласно его желанию, свободен, и впредь обязуюсь не требовать от него никаких услуг".
   – Твоя взяла, – вздохнул мельник и, достав карандаш, поставил свою подпись.
   К этому времени Стива уже успели развязать и веревку бросили в третий раз. Джоб снова поймал ее, обмотал вокруг мельника, и его дородная фигура, раскачиваясь, повисла над водой. Тянуть на этот раз было нелегко; люди выбивались из сил, но наконец мельника вытащили.
   Веревку спустили в последний раз и сделали это вовремя. Джоб едва нашел в себе силы обвязаться – настолько он окоченел от холода и устал от работы под водой. Его чуть ли не замертво подняли наверх.
   Нас окружили и наперебой принялись расспрашивать, как мы умудрились попасть в эту западню. Не успели мы толком объяснить, что произошло, как вдруг снизу послышался рев бурлящей воды.
   Обернувшись, люди увидели, что вода, чуть не сделавшаяся причиной нашей гибели, быстро уходит вниз. При свете свечи, оставленной на уступе, можно было разглядеть на поверхности озера клокочущий водоворот.
   Стив, единственный из нас, кто еще был в состоянии что-то соображать, сразу смекнул, в чем дело.
   Скопившаяся в пещере вода тяжестью своего веса довершила работу и пробила выход через воронку, которую начали расчищать Джоб и Стив.
   Река стремительно ринулась в водосток и понеслась в Уэст Поли, туда, где она текла с доисторических времен. Сам я в тот вечер уже больше ничего не видел, но мне рассказывали, что в течение нескольких минут вода, как ни в чем не бывало, зажурчала в старом русле.
   Позже мы узнали, что произошло после нашего исчезновения из деревни и каким образом удалось нас разыскать.
   На дороге во время разговора, который мне удалось подслушать, мельник и сапожник договорились обыскать все пещеры. Вооружившись фонарем, они отправились туда, однако начали поиски не с "Чертова кармана", а с другой, хорошо всем известной пещеры под названием "Мрачный Билли". Отсюда, по их убеждению, и вытекала река.
   Пещера тянулась вверх и приводила к краю отверстия в сводах "Чертова кармана". Но хотя считалось, что пещера исхожена вдоль и поперек, никто и не подозревал, что предательская расщелина вела во внутреннюю часть "Чертова кармана". Все думали, что она обрывается над глубокой пропастью, куда никто не решался проникнуть. Поэтому, когда из пропасти вылетел камень, тот самый, который я бросил, мельник и сапожник остолбенели от изумления и долго не могли прийти в себя, но потом сообразили, что это, наверное, наши проделки.
   Удивительно, что ни мельник, ни сапожник даже после того, как нас доставили домой и уложили в теплые постели, так и не догадались, что были у самых истоков реки. Тем более им не приходило в голову, что мы по желанию могли направлять воду в Уэст Поли или в Ист Поли.
   По счастливой случайности, вплоть до того момента, когда мы, насквозь промокшие, появились у дверей своего дома, мать Стива и не подозревала о случившемся и только по нашему виду догадалась о грозившей нам опасности.
   Беда, которая могла случиться со всеми нами, обрушилась на одного Стива. Пробыв в воде слишком долго, он простудился и серьезно заболел. Болезнь сопровождалась лихорадкой, от которой он сильно ослабел. В то же время ни я, ни Джоб ничуть не пострадали от пребывания в воде.
   Речка вернулась в старое русло, на мельнице закипела работа, и мельник больше не тревожился о судьбе источника, а Джоб благодаря своей находчивости избавился от хозяина. Ему повезло, и на следующий же день после нашего спасения он поступил работать на другую мельницу, за много миль от Уэст Поли.
   Во время болезни Стива я часто сидел около него. И однажды он сказал мне:
   – Представь себе, что будет, если я умру: ты уедешь, а Джоб навсегда останется в другой части Англии, тогда никто в нашей деревне не узнает тайну источника, и, если из-за какой-нибудь случайности река изменит направление и потечет в Ист Поли, никто из наших не сумеет исправить дело. Они спасли нам жизнь, теперь наш долг – отплатить добром за добро и рассказать им о нашем открытии.
   Узнав, что у мальчика тяжело на душе, врач, которому я объяснил, что Стив чувствует себя виноватым, настоял, чтобы желание брата было немедленно исполнено и чтобы наиболее уважаемые из жителей Уэст Поли выслушали то, что он хочет им сообщить. Мать Стива не возражала, и их попросили прийти.
   Все согласились очень охотно. Они подозревали, для чего их созывают, и сгорали от нетерпения узнать подробности о наших приключениях, так как до сих пор мы рассказали очень немногое.
   В тот же вечер, в начале седьмого, когда солнце уже клонилось к закату, мы услышали их шаги на лестнице, ведущей на второй этаж, и в комнату, где лежал Стив, вошли люди. Тут были кузнец, сапожник, маслодел, Неудачник, два фермера и несколько работников.
   Стив начал рассказывать, как мы открыли внутреннюю пещеру и нашли источник.
   – Скажи, пожалуйста, значит, наша река вытекла из большого озера, откуда мы вас вытащили? – спросил сапожник.
   Стив ответил, что это озеро возникло случайно, и рассказал обо всем, что уже известно читателю. Затем он перешел к описанию нашего великого открытия, в результате которого мы могли менять течение реки, направляя ее на восток или на запад.
   – Но как же вы попали в пещеру? – спросил кто-то из присутствующих. – Каким путем вы шли? Через "Ухо великана", через "Погреб домового" или через "Мрачного Билли"?
   – Нет, – ответил Стив, – мы не были ни в одной из этих пещер. Мы шли через "Чертов карман".
   – Вон оно что! – воскликнули фермеры. – Теперь все ясно.
   – Ну и ну, – вставил подошедший мельник, – жили на этом месте веками, поколение за поколением, и никому в голову не приходило, что река течет из "Чертова кармана"!
   – Это еще не все, – продолжал Стив. – Представьте себе, что кто-нибудь из Ист Поли узнает нашу тайну. Он отведет реку в свою деревню, а наш водосток закроет наглухо, да так, что его потом не откопаешь. Но что это? Мне почудилось, что кто-то вышел. Кто там?
   – Мне тоже показалось, – сказал маслодел оглядываясь по сторонам.
   Еще один - двое подтвердили это, но в темноте невозможно было разглядеть, кто именно покинул комнату.
   Стив продолжал:
   – Поэтому прежде, чем тайна откроется, пусть кто-нибудь отправится к "Чертова карману" и закроет узкий штрек, ведущий в пещеру, а также расщелину в сводам, через которую нас спасли. Тогда мы можем не беспокоиться, что кто-то отберет у нас воду.
   Все дружно согласились и, еще немного посидев, пожелали Стиву скорейшего выздоровления и разошлись, условившись на следующий вечер пойти и закрыть проход.

КАК ВСЕ НАШИ ЗЛОКЛЮЧЕНИЯ ПРИШЛИ К КОНЦУ

   Все случилось именно так, как предполагал врач. Едва Стив успел избавиться от гнетущего сознания вины, как он начал поправляться с поразительной быстротой. За двадцать четыре часа он совершенно преобразился и на следующий вечер весело сказал мне:
   – Будь добр. Леонард, сходи посмотри, что делается в "Чертовом кармане". Они, должно быть, уже начали засыпать проход. Правда уже смеркается, и ты, наверное, побоишься идти в темноте.
   – Побоюсь? Только не я, – был ответ, и я ушел, сказав тетушке, куда и зачем.
   Действительно, было уже совсем темно, когда, подойдя к мельнице, я увидел на дороге группу жителей Уэст Поли. Мельника среди них не было: он был слишком потрясен, чтобы принять участие в походе в пещеру.
   Все собравшиеся несли кирки, лопаты и другой инструмент.
   Я пошел за ними следом. От околицы мы повернули прямо к "Чертову карману". Подойдя и пещере, все зажгли свечи и вошли внутрь. Стив очень подробно объяснил, как найти ход, ведущий к источнику, но природа так хитро замаскировала его, что они, наверное, долго проплутали бы, если бы я не пошел вперед и не показал им укромное место, откуда он начинался.
   Они поблагодарили, и маслодел, как самый энергичный, первый полез в узкий штрек, держа в одной руке фонарь, а в другой лопату, но не успел сделать и нескольких шагов, как вдруг повернул обратно. Он был бледен, как смерть.
   – Что случилось? – воскликнул сапожник.
   – Там кто-то есть! – прошептал маслодел.
   – Не может быть, – сказал один из фермеров. – Пока ребята не нашли этого хода, ни одна душа на свете не знала, сюда пробраться.
   – Поди да послушай сам, если не веришь, – сказал маслодел.
   Мы протиснулись в узкий проход и замерли, прислушиваясь.
   "Тук-тук-тук, ширк-ширк-ширк", – отчетливо доносилось из пещеры.
   – Кто бы это ни был, но трудятся они, что твои пчелы! – заметил фермер.
   Посоветовавшись, мы решили, что кто-нибудь пойдет в пещеру "Мрачный Билли", осторожно проберется к расщелине и заглянет в "Чертов карман". Это позволит нем, оставаясь незамеченными, узнать, что там происходит.
   Сказано – сделано. Булочник, сапожник и один из фермеров отправились в обход, и я решил присоединиться к ним, потому что мне было очень интересно посмотреть, что тем делается.
   Чтобы добраться до "Мрачного Билли", нужно было сделать порядочный круг и перейти реку. Мельница ночью не работала, и лишь чисто случайно мы вдруг заметили, что вода в реке постепенно убывает. Деревню опять постигло несчастье, предсказанное Стивом.
   – Интересно, знает ли об этом мельник? – пробормотал сапожник. – Не стоит ему говорить, а то он совсем рехнется.
   – Те, кто там работает, – наши враги, – сказал фермер.
   – Конечно, – ответил булочник. – Кто, кроме врага, может так поступить? Пошли быстрей!
   Очутившись внутри пещеры "Мрачный Билли", мы на четвереньках проползли вверх по склону, обрывавшемуся в расщелине над "Чертовым карманом". Может быть, ни один человек еще не бывал здесь до того памятного вечера, когда нас чудом вытащили через этот пролом. Поднимаясь, мы старались не шуметь и, достигнув края, осторожно заглянули вниз. Нашим глазам представилась удивительная картина.
   Внизу, в пещере, еще недавно заполненной водой, стояли люди. Это были крестьяне из Ист Поли. Они старательно засыпали сток, ведущий в Уэст Поли, предварительно вскрыв воронку, через которую вода направлялась в их родную деревню. Мы сразу поняли, чем они заняты, и, спустившись с не меньшей осторожностью, поспешили к ожидавшим нас в "Чертовом кармане", чтобы рассказать о том, что мы неожиданно увидели.
   – Как они разнюхали нашу тайну? – шепотом спросил сапожник. – Мы оберегали ее пуще собственного глаза. – Нетрудно догадаться, – ответил булочник. – Помните, вчера 8 темноте кто-то выскользнул из комнаты – Стива Дрэйкота? Мы так и не знаем, кто это был. Мне говорили, что полчаса спустя после этого какой-то человек пробирался через холмы в Ист Поли. Нас застали врасплох, и теперь если мы не можем, не поднимая шума, сохранить то, что нам принадлежит, то должны пустить в ход силу.
   – Как так? – в один голос спросили фермер и кузнец.
   – Надо закрыть вход, через который они сюда проникли, – ответил булочник. – Тогда они окажутся в ловушке, и мы их живо припрем к стенке.
   Все были возмущены тем, что, побуждаемые корыстью, жители Ист Поли так ловко провели нас, и с готовностью поддержали предложение булочника. Пятеро из наших людей тут же взяли несколько крупных валунов и вкатили их в штрек, который к середине немного расширялся, а потом снова сужался, так что валуны не могли пройти дальше. Проход заложили наглухо. Чтобы разобрать эту каменную стенку, понадобились бы орудия посильней, чем простые лопаты, которыми были вооружены наши пленники. Теперь противники были у нас в руках. Можно было не беспокоиться: в предстоящем споре перевес был явно на стороне Уэст Поли.
   Не заботясь больше о тишине, мы гурьбой повалили в пещеру "Мрачный Билли" и, вскарабкавшись по склону, как козы, сгрудились вокруг расщелины над "Чертовым карманом".
   Жители Ист Поли все еще работали лопатами и, поглощенные своим занятием, не заметили, что два десятка горящих глаз, как звезды, смотрят на них с вышины.
   – А ну, пугнем их, – предложил булочник.
   И мы их "пугнули", да так, что, застигнутые врасплох, пришельцы из Ист Поли чуть не попадали от страха. Лопаты вывалились у них из рук, и, сбитые с толку эхом, люди в ужасе озирались по сторонам, не понимая, откуда несется улюлюканье. Наконец они глянули вверх и высоко над головой при свете свечей увидели противников из соседней деревни, лица которых, как лица безжалостных судей, выражали мрачную решимость.
   – Жители Ист Поли, – обратился к ним булочник, – мы поймали вас с поличным за весьма неблаговидным занятием. Из-за баловства озорных мальчишек наша река некоторое время текла по долине Ист Поли. Злая шалость быстро была пресечена, но вы, видно, вздумали украсть у нас воду. Чтобы выведать эту тайну, вы подослали шпиона, а теперь вероломно вторглись сюда, чтобы похитить чужую реку навсегда. Эта пещера находится на нашей земле, и у вас нет на нее никаких прав.
   – Воды земные принадлежат в равной степени и вам и нам, – донесся снизу чей-то одинокий голос.
   Остальные молчали, как пораженные громом, – они отлично понимали, что спасти их может только хитрость, но не перебранка. Тут вмешался сапожник:
   – Вы посягнули на нашу собственность, отвели воду, остановили и сделали бесполезной мельницу и причинили много другого вреда. Согласны ли вы вернуть реку в старое русло, закрыть новое, которое вы с таким усердием расширяли, короче, согласны ли вы восстановить все в прежнем виде, как оно было с незапамятных времен?
   – Не-ет! – раздался внизу вызывающий крик.
   – Ну и прекрасно, – сказал булочник. – В таком случае предупреждаем вас, джентльмены: вы пленники и будете сидеть в этой яме, пока не вернете нам воду.
   Жители Ист Поли бросились к выходу, однако на середине туннеля путь им преградила несокрушимая каменная баррикада.
   – Тащите лопаты! – закричали передние.
   Но валуны сидели плотно, а проход был так узок, что, как мы и ожидали, средства, имевшиеся в их распоряжении, не оказали на каменную стену ни малейшего воздействия. Они вынуждены были отступить назад.
   – Сдаетесь? – кричали мы.
   – Никогда! – упорствовали они.
   – Пусть их попарятся! Пусть попарятся! – спокойно сказал сапожник.– Завтра утром они запоют по-другому. Пересидят ночку, небось, утихомирятся. А нам тут больше делать нечего.
   Мысль эта всем понравилась, и, отступив с нашей позиции, мы вышли из пещеры и разошлись по домам.
   Стива беспокоило мое долгое отсутствие, и он еще больше разволновался, когда я рассказал, чем оно было вызвано.
   – Что?! Пленниками сидят в пещере? – переспрашивал он.– Завтра я обязательно должен пойти и посмотреть, чем это кончится!
   И не то из-за этого возбужденного состояния, не то просто благодаря крепкому здоровью, но на другое утро, едва заслышав крики собравшихся на дворе жителей деревни, Стив соскочил с постели и объявил, что пойдет вместе со всеми взглянуть на пленников. По мнению врача, прогулка не могла повредить Стиву, если только он оденется потеплее, так что, не теряя времени, мы двинулись в путь и вскоре поравнялись с теми, кто вышел раньше нас.
   Сгорая от любопытства, мы вошли в пещеру "Мрачный Билли", зажгли свечи и поднялись наверх. Еще не успев добраться до расщелины, мы услышали вопли, доносившиеся из "Чертова кармана":
   – Сдаемся! Выпустите нас! Забирайте навсегда вашу воду?
   Заглянув в расщелину, мы увидели, что пещера выглядит совсем иначе, чем накануне вечером. При нашем появлении кое-кто повскакал с каменного пола, где спал, подложив под голову рубаху и башмаки; другие стояли с лопатами в руках, видимо, разрушая плоды вчерашних трудов.
   Увидев нас жители Ист Поли с нетерпением закричали:
   – Мы уже начали приводить все в порядок и скоро кончим – возвращаем ваш ручей в старое русло. Обещайте же, добрые люди, что освободите нас, когда мы управимся.
   – Конечно, – с важностью отвечали мы. – Мы же договорились.
   Пока жители Ист Поли заканчивали работу, наши возвратились в "Чертов карман", где изрядно потрудившись, разобрали баррикаду и выкатили валуны из штрека, ведущего во внутреннюю пещеру. Мы расступились, и жители Ист Поли прошли сквозь строй победителей.
   Они метали в нашу сторону взгляды, в которых горела сдерживаемая злоба, но прошли, не проронив ни слова.
   – По всему видно, что этим дело не кончится, – задумчиво сказал Неудачник. Он только что подошел, и ему рассказали, что произошло.
   – Я тоже так думаю, – откликнулся сапожник. – Они теперь не оставят в покое ни нас, ни нашу реку до тех пор, пока будет стоять эта пещера.
   – Уж лучше бы ее совсем не открывали! – с горечью заметил булочник. – Они отыграются если не на нас, то на наших детях, когда нас уже не будет в живых.
   Стив взглянул на меня, и в глазах его была тоска. С тяжелым сердцем шли мы домой, далеко отстав от остальных.
   – Мне нужно поговорить с тобой. С тех пор, как все это случилось, я никогда не чувствовал себя счастливым; меня мучает мысль, что из-за моей шалости деревня зависит от воли жителей Ист Поли, и меня здесь никогда не будут любить, если я не сумею обеспечить безопасность нашей реки, – сказал Стив.
   – Но это же невозможно, – заметил я.
   – Есть у меня один план, – ответил Стив задумчиво. – По-моему, можно сделать так, чтобы речка находилась а такой же безопасности, как раньше.
   – Но как? На чем основан твой план? – недоверчиво выспрашивал я.
   – Сейчас я тебе больше ничего не открою, – отвечал он. – Скажу только одно: я навлек беду на родную деревню, я и должен сам все исправить и искупить свою вину.
   Вскоре, судя по поведению брата, я мог заметить, что этот план, каков бы он ни был, поглощал все его мысли, не оставляя места ни для чего другого. Стив ни о чем больше не говорил со мной. Он часто пропадал где-то по часу, по два, и я заключил, что в это время он занимается подготовкой к выполнению своего замысла.
   Наступил день моего отъезда, и, по правде говоря, я не очень жалел об этом, потому что Стив настолько ушел в себя, что с ним стало неинтересно. Я один отправился в верхний конец деревни и вскоре заметил, что случилось что-то неладное.
   Оказалось, что ночью был совершен еще один налет на источник; река обмелела, мельничное колесо остановилось, и запруда почти совсем высохла.
   Не успел я отойти чуть подальше, как, к своему удивлению, разглядел вдали фигуру, похожую на Стива, который, как мне казалось, оставался на ферме, когда я уходил.
   Он держал путь к "Чертову карману", и, отправившись следом, я подошел как раз в тот момент, когда он входил в пещеру.
   – Стив! – окликнул я его.
   Стив услыхал и вышел обратно. Он был бледен, и на лице его появилось какое-то новое выражение, которого я никогда раньше не видел.
   – Ах, это ты, Леонард! – сказал он.– Все-таки выследил меня! Ну, что ж, ты подоспел вовремя. После работы люди собираются прийти сюда и сделать все, что нужно, но, может быть, этого и не потребуется: вместо них это сделаю я.
   – Как ты? – не понял я.
   – А так, хочу избавить их от лишних хлопот, – с напускной беспечностью ответил Стив. – Я совсем было решил отказаться от того, что задумал, хотя все уже давно готово, но события минувшей ночи укрепили мою решимость: я привожу свой план в исполнение.
   – Когда?
   – Сейчас. Сию минуту. Река должна вернуться в свое прежнее ложе, туда, где она была всегда, и нужно сделать так, чтобы рука человека уже никогда не могла изменить ее течение. А теперь прощай. Мало ли что может случиться!
   К моему изумлению, Стив торжественно пожал мне руку и, взяв с меня обещание не ходить за ним, исчез во мгле пещеры.
   Несколько мгновений я стоял, не зная, что делать дальше. Вдруг у меня за спиной послышались шаги, я обернулся и с радостью увидел Джоба, одетого в свой лучший костюм, и с ним Неудачника.
   Джоб тоже очень обрадовался нашей встрече. Он приехал на праздники, отпросившись у своего нового хозяина, к которому, как оказалось, его устроил Неудачник. Заметив мою растерянность, они спросили, в чем дело.
   Прежде чем я успел ответить, из входа в "Чертов карман", как из жерла пушки, вырвалось облако дыма, а вслед за этим раздался оглушительный грохот, похожий на удар грома. Спустя мгновение такие же громовые раскаты донеслись со стороны "Мрачного Билли".
   – Ой, что это?! – воскликнул я.
   – Ружейный порох, – медленно проговорил Неудачник.
   – Я знаю, что он сделал: он взорвал скалы в пещере! – закричал Джоб. – Да, да, так он задумал закрыть доступ к истокам реки.
   – И лишить себя жизни в придачу, – добавил Неудачник. – Но подождите, может быть, он жив. Надо сейчас же идти в пещеру, вернее, как только там можно будет дышать.
   Джоб помчался за свечами, и вскоре из деревни послышались знакомые всем нам звуки. Это был стук мельничного колеса. Джоб быстро вернулся и привел с собой целую толпу крестьян.
   – Река опять в порядке! – кричали они еще издали. – Полноводная, сильная, воды стало куда больше, чем прежде. Все это случилось внезапно, когда под землей загремело.
   – Это сделал Стив – заявил я.
   – Храбрый парень, – сказал Неудачник, – только бы он был невредим.
   Джоб зажег свечи, и, когда мы входили в пещеру, подоспели те, кто, заслышав взрыв, побежал в сторону "Мрачного Билли".
   – Мрачный Билли, наполовину завален, – сообщили они.– Склона, по которому ходили, чтобы заглянуть в "Чертов карман", не узнаешь, расщелины больше нет. Обрушилась целая скала, как будто вся гора осела.
   Не задерживаясь, все двинулись в "Чертов карман". Задыхаясь от удушливого запаха серы, мы добрались до первой пещеры, но дальше пути не было. Узкий штрек, ведущий во вторую пещеру, был разрушен, и внутренняя часть "Чертова кармана" перестала существовать. Своды рухнули. Казалось, сама гора тихо спустилась, заполнив своей массой подземные впадины, и навсегда закрыла человеку доступ к истокам реки.
   Но что же случилось со Стивом?
   – Я бы хотел, чтобы навсегда исчезла эта река, только бы Стив остался в живых! – воскликнул Джоб.
   Вдруг послышался крик. Те немногие, кто еще не успел пройти в глубь пещеры, закричали: "Вот он!" Мы бросились назад и увидели их неподалеку от входа, в небольшой выемке, которую все пробежали, не обратив на нее внимания. Неудачник тоже был там и вместе с булочником выносил кого-то из пещеры на свет. Это был Стив – мертвый или потерявший сознание.
   Вскоре Стив был в состоянии говорить. Он сказал, что все время его мучила совесть из-за того, что он своим баловством принес большой ущерб деревне, и он не переставал думать о том, как помочь делу. С целью он втайне обследовал "Чертов карман" и обнаружил, что масса породы, образующая своды внутренней пещеры, отделена от стен слоем песка и только с одной стороны опирается на каменную подпорку.
   Стив сообразил, что если убрать эту подпорку, то своды под тяжестью собственного веса рухнут так же, как падает кирпич в ловушке для птиц и зверей, когда вынимают палочку.
   На этом и был построен его план. В скале, которая подпирала своды, Стив выдолбил углубления и забил их порохом. Сделав это, он в нерешительности выжидал, сомневаясь в успехе, и, возможно, так и не довел бы дела до конца, если бы не новый набег на источник. Тут он решился и поднес фитиль. Он успел бы благополучно добраться до выхода, если бы случайно не споткнулся. При этом он сильно ушибся, а когда наконец пришел в себя и бросился бежать дальше, раздался взрыв.
   Стива поздравляли, вся деревня ликовала: ведь теперь можно было не опасаться никаких посягательств на реку со стороны Ист Поли. Добрые и простодушные крестьяне на Уэст Поли говорили, что Стив с лихвой отплатил за все неприятности, которые он им доставил.


Перевод с английского С. Майзельс и Ю. Полякова.
Рисунки Г. Филипповского.