Взятие Берлина (рассказ о военной операции)



А. Митяев


   Верховное Главнокомандование и Генеральный штаб Красной Армии разработку последних операций войны – в том числе и Берлинской – начали ещё в середине 1944 года.
   Тот год, был годом великолепного успеха нашего оружия, Советские войска прошли с боями на запад от 550 до 1100 километров и очистили землю Родины от врага.
   После долгих проволочек союзники по войне с гитлеровцами – Англия и США – открыли второй фронт. Летом их войска высадились в Европе и продвигались к Германии с юга и запада.
   Война с фашистами приближалась к концу.

Планы врага и наши планы

   Гитлер и немецкое командование видели, как неотвратимо надвигается возмездие, и всеми силами старались уйти от расплаты. На что же надеялись фашисты? Надеялась на то, что остановят советские войска у границ Германии, затянут войну и дождутся, когда по какой-нибудь причине осложнятся наши отношения с союзниками. Тогда бы Германия заключила мир только с Англией и США.
   А могло случиться такое? Тогда не случилось. Но теперь-то все знают, что именно английские и американские собственники капитала оказались лучшими друзьями западногерманских капиталистов.
   Чтобы затянуть войну, Гитлер предполагал даже оставить север страны, увести армию в Южную Германию и там, в выгодных для обороны условиях, среди гор и лесов продолжать сопротивление. В последнее время газеты часто пишут о поисках сокровищ и нацистских документов, затопленных в австрийских озерах. Вывозом ценностей в "Альпийскую крепость" и началось осуществление этого плана Гитлера...
   Военная мудрость состоит в том, чтобы не делать ничего такого, что совпадает с желаниями неприятеля. Гитлер хотел затянуть войну, следовательно, мы должны были как можно скорее закончить её.
   В конце 1944 года советские войска стояли на правом берегу польской реки Вислы. Отсюда до Берлина был самый короткий путь. На этом направлении наше Верховное Главнокомандование и решило нанести завершающий удар.
   Немецкие генералы и Гитлер считали, что советские войска пойдут на Берлин не с востока, а с юга – через Венгрию и западную Чехословакию. Готовясь к этому, немцы сосредоточили на юге много своих армий, в том числа танковых.
   Но почему немецкое командование ждало удара на Берлин с юга? Вот почему: на севере линия фронта в 1944 году подошла в границе Восточной Пруссии. А этот район немцы укрепили настолько сильно, что сравнивали его с французской линией "Мажино" и со своей "Зигфрид". Ставка Гитлера "Вольфшанце" – "Волчье логово" была как раз в Восточной Пруссии. Естественно, что в укрепленном районе сосредоточились и сильные войска противника. Так вот, когда клин советских армий устремился бы от Вислы на Берлин, из Восточной Пруссии немцы ударили бы по нему со страшной силой, разрубили бы его ударом с фланга ...
   Выходит, мы не чувствовали грозной опасности? Чувствовали, конечно. Только наши маршалы и генералы решили сильную сторону противника сделать его слабостью.
   Прежде чем началось наше наступление на центральном направлении, другие советские войска прошли вдоль южной границы Восточной Пруссии и окружили ее полукольцом, края которого уперлись в Балтийское море. Уничтожение фашистов, окружённых в Восточной Пруссии, затянулось до конца войны, бои там были упорные, кровопролитные – не случайно учреждена медаль "За взятие Кенигсберга". Но самым важным было то, что немцы уже не могли ударить с севера во фланг наших войск, начавших наступление на главном направлении.
   Всего 23 дня понадобилось советским войскам, чтобы пройти от реки Вислы до реки Одер – больше пятисот километров. Наше наступление было необыкновенно мощным, а удары сокрушительными.
   Бывший гитлеровский генерал Меллентин писал об этом так: "Русское наступление развёртывалось с невиданной силой и стремительностью. Невозможно описать всего, что произошло между Вислой и Одером в первые месяцы 1945 года. Европа не знала ничего подобного со времени гибели Римской империи".
   Фашисты часто сравнивали свою Германию с великой Римской империей, они хвастались сходством государств-паразитов. Меллентин же вынужден был провести параллель совсем другую. Действительно, до краха фашистской Германии оставалось теперь совсем немного времени. И от Одера до Берлина было всего 60 км.

Приготовления к сражению

   Шестьдесят километров! Как это мало – полтора часа хода для танков, час для мотопехоты! Но эта короткая дорога оказалась очень и очень трудной. Когда она была пройдена, подсчитали, что на каждый погонный километр пути в Берлинской операции расходовалось 1 430 тонн горючего и 2 000 тонн боеприпасов. А в Висло-Одерской операции каждый километр потребовал 333 тонны горючего и боеприпасов 250 тонн.
   Гитлер и его приближённые теперь уже поняли, что советское наступление на Берлин развернётся не с юга, а с Одера.
   По западному берегу этой реки и реки Нейсе фашисты возвели мощный оборонительный рубеж. Районы, прилегающие к Берлину, покрыли противотанковыми рвами, надолбами, завалами деревьев, проволочными заграждениями, минными полями.
   Все населённые пункты превратили в очаги сопротивления, каменные дома и подвалы – в долговременные огневые точки. Сам Берлин опоясали тремя оборонительными линиями, его улицы перегородили баррикадами, на перекрёстках в землю врыли танки и бронеколпаки. Больше 400 железобетонных дотов оборонили улицы и площади.
   Всё население от юнцов до стариков – было мобилизовано на защиту фашистской столицы. Из членов молодёжной организации "Гитлерюгенд" формировались группы по борьбе с нашими танками. Они были вооружены фаустпатронами. Три миллиона фаустпатронов подготовили гитлеровцы для уличных боёв.
   Немецкому командованию удалось дли обороны Берлина собрать около миллиона человек, больше 10 тысяч орудий и миномётов, 1 500 танков, 3 300 боевых самолётов.
   Наших войск было два с половиной миллиона, они имели более 42 тысяч орудий и минометов, свыше 6,2 тысячи танков и самоходных орудий, больше 8 тысяч боевых самолётов.
   Никогда за годы войны наша армия на была такой сильной, как в те дни. Никогда ещё мы не создавали такого плотного, такого густого сосредоточения танков и артиллерии. Что же говорить о боевом духе солдат и командиров! Они ждали этого счастливого времени три долгих военных зимы и четыре долгих военных лета. Сколько родных и друзей потеряли, сколько перенесли лишений! Бросок на Берлин, с которым кончалась война, был для каждого самым страстным желанием, исполнением сокровенной мечты.
   В начале апреля Ставка Верховного Главнокомандования рассмотрела и утвердила окончательный план операции. Её начало было намечено на шестнадцатое число.

Разговор у карты



   Чтобы разобраться в плане операции и в том, как она проходила, давай рассмотрим карту.
   Севернее других расположились войска 2-го Белорусского фронта. Командовал ими Маршал Советского Союза К. К. Рокоссовский. Непосредственно на Берлин войска этого фронта не наступали: видишь три стремительные стрелы, уходящие в глубину Германии? Обрати внимание, они чуть повёрнуты остриями на север. Что это значит? Немецкое командование не оставляло мысли о фланговом ударе по нашим войскам, наступавшим на Берлин, по войскам 1-го Белорусского фронта, которым командовал Маршал Советского Союза Г. К. Жуков. То, что немецким генералам не удалось сделать из Восточной Пруссии, они намеревались осуществить теперь из Померании. Но снова наши военачальники разгадали замысел неприятеля и применили старый приём: 2-й Белорусский фронт оттеснит своими ударами неприятеля к морю и надёжно прикроет соседа, идущего на Берлин.
   Стрела против надписи "1-й Белорусский фронт" замысловатая. Против надписи "1-й Украинский фронт" тоже замысловатая. Не стрелы, а оленьи рога! Это потому, что много задач у фронтов.
   Во-первых, надо обойти Берлин с севера и с юга и окружить его, чтобы с запада немцы не могли помочь городу.
   Во-вторых, надо рассечь всю группировку вражеских войск, разъединить её на две части: по частям противника бить легче.
   В-третьих, надо нашим войскам выйти на рубеж Эльбы, встретиться там с союзными войсками. Американцы уже движутся к заранее условленному рубежу, и противник не оказывает им сопротивления, с охотой сдаётся в плен. Особенно важно войскам 1-го Украинского фронта под командованием Маршала Советского Союза И. С. Конева поспешить к городу Торгау (найди его на нарте). Соединившись там с американцами, мы отгородим от Берлинского котла фашистские армии, которые находятся на юге Германии.
   По карте можно многое узнать. Около некоторых населённых пунктов стоят чёрные цифры. Например, у Котбуса стоит "23.4". Это значит, что Котбус был взят нами 23 апреля. Зелёный цвет обозначает наши действия. Жёлтый – всё, что относится к неприятелю. "4ТА" – 4-я танковая армия немцев... Есть на карте (на юге и на западе) две жирные жёлтые стрелы с загнутыми остриями: это попытка немецких войск помочь своих войскам, окружённым у Берлина. Но кончики стрел загнуты – значит эти войска были отброшены нами и из их попытки прорвать кольцо ничего не вышло. Карта рассказывает о многом, но не обо всём. Мы дополним карту рассказом.

Наши трудности

   Войска 1-го Белорусского фронта тщательно готовились к предстоящим боям. Однако сделать всё необходимое было сложнее, чем когда-либо. Возьмем разведку боевых порядков и укреплений врага... Берлин занимал площадь в 900 квадратных километров – лабиринты улиц, каналов, дорог. В них и берлинцу-то легко заблудиться! Шесть раз наши самолёты фотографировали город и его окрестности, наземная разведка захватывала "языков", добывала документы, карты врага. Работа была кропотливая, но к началу наступления каждый командир роты имел в своём планшете карту района боевых действий. Больше того, был сделан точный макет Берлина. 7 апреля военачальники провели на макете игру – прорепетировали действия войск, чтобы потом, когда каждое окно ощетинится пулемётом, когда будут рушиться стены домов, когда в дыму в кирпичной пыли не будет видно улицы, вести полки и батальоны в нужном направлении и точно выполнить поставленную задачу.
   А как скрыть от неприятеля сосредоточение и численность наших войск! Маршал Жуков в своих воспоминаниях рассказывает: "Через всю Польшу двигалось множество эшелонов с артиллерийскими, миномётными, танковыми частями. На вид это были совсем невоенные эшелоны: на платформах перевозили лес, сено... Но как только эшелон прибывал на станцию разгрузки, маскировка быстро убиралась, с платформы сходили танки, орудия, тягачи и тут же отправлялись в укрытия...
   Днём на плацдарме обычно было пустынно, а ночью он оживал. Тысячи людей с лопатами, кирками бесшумно рыли землю. Работа усложнялась близостью подпочвенных вод и начавшейся распутицей. Свыше миллиона восьмисот тысяч кубометров земли было выброшено в эти ночи. А наутро никаких следов этой колоссальной работы нельзя было заметить. Всё тщательно маскировалось".    Ты уже знаешь, какое огромное количество войск готовилось к наступлению. Только в первый день операции намечалось выпустить по врагу 1 147 659 снарядов и мин, 49 940 реактивных снарядов. Чтобы подвезти это, требовалось 2 382 вагона.
   Снабжение наши войск было хорошо налажено. Грузы из Советского Союза через Польшу доставлялись по железным дорогам. Но пришла беда. Началось бурное таяние снега. Вскрылась Висла. Ледоходом снесло мосты в полоса 1-го Украинского фронта. На мосты 1-го Белорусского фронта двигался теперь уже не только лёд, но и груды брёвен. Большего несчастья, чем потерять накануне наступления железнодорожные переправы, нельзя представить.
   Ещё не стреляли наши пушки по Берлину, а уже были первые герои Берлинской операции. Ими стали бойцы 20-го мостового батальона, получившие все до одного ордена и медали за спасение Варшавского железнодорожного моста. На дальних подступах к нему сапёры фугасками взрывали льдины, лёд бомбили и лётчики. Сам мост, как вспоминает генерал Н. А. Антипенко, заместитель командующего фронтом по тылу, "был привязан к обоим берегам тросами по 4–5 "ниток" в каждую сторону. Поверх моста поставили около ста платформ, гружённых булыжником, чтобы повысить устойчивость опор.
   В критический момент лёд так надвинулся на этот мост, что образовался прогиб в центре его. Поезд, стоявший на мосту, растянулся и ,казалось, вот-вот разорвётся...
   Бесстрашные люди карабкались по льдинам у самого моста, проталкивая их шестами в пролётные проходы. Иногда глыбы льда, громоздясь, достигали высоты мостового настила, и не каждый мог удержаться на этой подвижной, грохочущей ледяной массе – некоторые срывались в воду. Но, хватаясь за брошенные им верёвки, они без промедления взбирались на льдины и снова вступали в борьбу". Трое суток продолжалась схватка с рекой, и мосты, восстановленные после отступления немцев на временных опорах, удалось отстоять.

За два дня до наступления

   О снабжении фронта теперь беспокоиться нечего, и мы с тобой вернёмся к карте Берлинской операции. Посмотри линию фронта к началу наступления, к 16.4.
   2-му Белорусскому фронту нужно форсировать Одер, точнее Одер Восточный и Одер Западный – в полосе фронта река течёт по двум руслам. Можно наверняка предположить, что это будет нелёгким делом.    1-му Украинскому фронту тоже надо форсировать реку – Нейсе, которая впадает в Одер.
   Только войска 1-го Белорусского фронта будут наступать с западного берега, с плацдарма у города Кюстрин (теперь это польский город Костшинь). Плацдарм был захвачен ещё в Висло-Одерскую операцию. Тогда нашим войскам удалось с ходу форсировать реку и закрепиться на её западном берегу. Немцы несчётное число раз пытались выбить наших с этого клочка земли, но не смогли. Ярко-зелёная короткая стрела говорит нам, что фронт свой первый основной удар нанесёт именно с плацдарма.
   Рядом с этой стрелой надпись "9А" – 9-я немецкая армия, усиленная танками и артиллерией. Пленённый гитлеровский генштабист генерал Йодль потом скажет: "Для генерального штаба было понятно, что битва за Берлин будет решаться на Одере, поэтому основная масса войск 9-й армии, оборонявшей Берлин, была выведена на передний край".
   Противник знал, откуда мы будем наносить главный удар, определить это было нетрудно: плацдарм-то один. На этом направлении он создал множество прочнейших укреплений. Вот ведь какое положение создалось – нашим войскам надо ломиться напролом. Никакой хитрости, чтобы уменьшить потери и облегчить солдатский труд, в такой ситуации не придумаешь... Но маршал Жуков всё же придумал!
   За два дня до настоящего наступления советская артиллерия на всём протяжении фронта вдруг открыла мощный огонь. В артподготовке участвовали орудия даже крупных калибров. Как и полагается, за артподготовкой последовала атака пехоты – тридцати двух специальных отрядов. В нескольких местах им удалось выбить немцев из траншей и закрепиться там.
   Но не в этом была суть маневра. Немецким генералам наша сильная разведка боем показалась началом наступления. Они ввели в действие всю артиллерию и этим выдали расположение своих батарей. Больше того, они передвинули к переднему краю из тыла свои резервы – подставили их под наш предстоящий артиллерийский и бомбовый удар.
   Ещё была одна придумка. Артподготовка всегда начиналась на рассвете, а кончалась, когда становилось светло, чтобы пехота и танки видели местность. И в этот раз немцы наше наступление, естественно ждали утром. Но командующий решил начать атаку затемно, а неприятельские позиции осветить прожекторами. На возвышенности перед участком прорыва незаметно установили 143 мощных прожектора – через каждые двести метров...

По сигналу "Родина"!

   Очевидцы рассказывают, что за всю войну они не видели более грозной и впечатляющей картины, чем начало нашего наступления на 1-м Белорусском фронте. В пять часов утра 16 апреля радист с командного пункта передал в эфир сигнал артиллеристам: "Родина"!
   Тысячи орудий и миномётов тут же открыли огонь. Дали первый залп "катюши". Над нашими позициями небо заполыхало багровым светом, будто прежде времени взошло грозовое солнце. Немецкие позиции потонули в пороховом дыму, тучах пыли и земли. По дальним целям, которые не доставала артиллерия, нанесли удар сотни бомбардировщиков. Тридцать минут град снарядов, бомб, мин сыпался на укрепления фашистов. За эти полчаса со стороны неприятеля не раздалось ни одного ответного выстрела. Враг был в растерянности, замешательстве – наступил наилучший момент для начала атаки.
   В 5.30 вспыхнули прожекторы. Их лучи вырвали из темноты позиции неприятеля, и ослепили его. Наша артиллерия перенесла огонь в глубину немецкой обороны. Пехота, самоходные пушки, танки ринулись на прорыв. Когда наступил рассвет, советские войска уже прошли первую позицию и начали штурм второй.
   К сожалению, уцелела оборона противника на Зееловских высотах (найди на карте город Зеелов). Страшный, упорный бой завязался там. Нам пришлось ввести в бой дополнительно две танковые армии. Только после этого, 19 апреля, враг начал отходить к Берлину. Правда, за эти трое суток немецкое командование несколько раз перебрасывало на высоты резервы из Берлина. И они были уничтожены нашими войсками, а сделать это было проще в полевом сражении, чем в уличных боях.
   Как только танковые армии вышли из лабиринта минных полей, дотов и бронеколпаков, дело на наладилось, всё пошло своим чередом. 20 апреля войска 1-го Белорусского фронта уже обходили Берлин с севера, тогда же наша артиллерия нанесла первый огневой налёт по рейхстагу. А 21-го советские солдаты ворвались на северную окраину фашистской столицы.
   Что происходило в те дни у соседей? Войска 2-го Белорусского фронта вели напряжённые бои на узком и длинном острове между Восточным и Западным Одером. Подавив здесь сопротивление врага, они вскоре форсировали и Западный Одер (Вест-Одер) и стали продвигаться на запад и северо-запад. Ты помнишь, в их задачу входило прикрыть 1-й Белорусский фронт от удара во фланг? Они свою задачу выполнили, сковав 3-ю танковую армию немцев.
   Войска 1-го Украинского фронта начали артподготовку тоже 16 апреля, но позже 1-го Белорусского, в 6.15. Чтобы скрыть направления главных ударов, с помощью артиллерии и самолётов на всём протяжении фронта была поставлена дымовая завеса. Под её прикрытием войска успешно переправились через реку Нейсе, прорвали оборонительный рубеж на её западном берегу, а затем с ходу форсировали и реку Шпрее...
   24 апреля войска двух фронтов соединились юго-восточнее Берлина, окружив 200 тысяч фашистов в лесах у Вендиш-Буххольца. Через день замкнулось кольцо на западе от Берлина, в нём оказалось еще 200 тысяч неприятеля.
   25-го же часть войск 1-го Украинского фронта достигла города Торгау на Эльбе и встретилась там с американскими войсками.
   До конца войны осталось две недели.

Бои на улицах города

   Если бы война кончилась двумя неделями раньше, сколько людей осталось бы жить! Каких бы страданий избежали берлинцы, каких разрушений избежал бы сам город! Но Гитлер, другие руководители фашистской партии и немецкое командование не пошли на прекращение военных действий даже в момент очевидного краха. Они всё ещё надеялись заключить мир с англичанами и американцами, при условии продолжения войны против СССР. На худой конец – сдать город не советским войскам, а союзникам.
   Мы с тобой полистаем сейчас записки Гергарда Больдта, молодого офицера, который в последние дни войны находился не просто в Берлине, а в убежище Гитлера под имперской канцелярией:
   25 апреля, ровно в 5 часов 30 минут утра начался такой обстрел, какого центральная часть города ещё не видывала, и только через час он перешёл в обычный беспокоящий огонь. После получения утренних сообщений нам было приказано явиться для доклада (к Гитлеру). Прожди, чем Кребс (начальник генштаба) успел начать, выступил Лоренц (советник) и попросил слова.
   Утром ему удалось принять сообщение нейтральной радиостанции, которое гласило: при встрече американских и русских войск в Центральной Германии между командующими обеих сторон возникли небольшие разногласия относительно того, кому какие районы занимать. Русские упрекали американцев, что в этой области те не выполнили условий Ялтинского соглашения...
   Гитлер загорелся, как от электрической искры, глаза его заблестели снова, он откинулся на спинку стула. "Господа, это новое блестящее доказательство разлада у наших врагов. Разве германский народ и история не сочли бы меня преступником, если бы я сегодня заключил мир, а завтра наши враги могли бы поссориться? Разве не каждый день и не каждый час может вспыхнуть война между большевиками и англосаксами за делёж Германии?"
   Вновь и вновь Гитлер подтверждал свой приказ: сражаться до последнего патрона и солдата. Тех, кто прекращал сопротивление, вешали или расстреливали эсэсовцы. Когда Гитлер узнал, что советские бойцы заходят в тыл к немцам через тоннели метро, он приказал пустить в метро воду из Шпрее, хотя там лежали тысячи раненых немецких солдат.
   А в это время советские воины в яростных схватках отбивали у врага одну позицию за другой. Член Военного совета 1-го Белорусского фронта генерал К. Ф. Телегин рассказывает, как нелегко приходилось нам и какими героями были участники штурма города:
   "Бой в Берлине распался на тысячи мелких очагов: за каждый дом, улицу, квартал, станцию метро. Бой шёл на земле, под землей и в воздухе. Герои штурма продвигались упорно, методически, со всех сторон – к центру города...
   Здание министерства внутренних дел – "дом Гиммлера" защищают самые отборные части СС. Весь он опоясан кольцом баррикад, окружён "тиграми", "фердинандами", "пантерами", все окна ощетинились дулами автоматов и пулемётов.
   Изучив обстановку в районе "дома Гиммлера", приказываем 150-й и 175-й дивизиям начать с 7 часов 29 апреля очищать это здание от эсэсовцев. Враг дрался упорно, стараясь не допустить советских воинов к дому. Пришлось выкатить пушки и бить прямой наводкой. Через пробитые артиллерией бреши в обороне врага в ночь с 29 на 30 апреля штурмовые группы ворвались в дом. Бой закипел на лестничных маршах, в коридорах, в забаррикадированных комнатах, подвалах.
   Гитлеровцы сознательно оставляли отдельные комнаты, где наши воины попадали под огонь автоматов и гранат: проделанные в стенах и потолке отверстия были замаскированы картинами, плакатами или заклеены бумагой.
   Одна из штурмовых групп в пылу боя попала в такую ловушку. Уже погиб костромич Павел Молчанов, замертво упал Ромазан Ситдиков, тяжело ранен командир группы Аркадий Рогачев. Малейшее движение прижатых к стене воинов грозило им смертью.
   И в эти критические минуты вдруг на верхних этажах раздаются взрывы гранат и громкое "ура". Воспользовавшись замешательством врага, оставшаяся в живых горстка храбрецов бросается на второй этаж. Десятка полтора гитлеровцев сдаются без сопротивления. Потом советские воины врываются на третий этаж, и снова никакого сопротивления. В лужах крови валяются убитые и раненые, а часть живых, побросав оружие, с ужасом смотрит на потолок, в зияющее отверстие. Всё объяснилось просто. Солдат Матвей Чугунов, видя, что штурмовая группа попала в безвыходное положение и промедление грозит ей полным уничтожением, пробрался вдоль стены к окну и под огнём врага по водосточной трубе взобрался на чердак. Обнаружив пролом в потолке комнаты, наполненной фашистами, он, не раздумывая, бросил туда две гранаты".
   В рассказе генерала Телегина тебя, возможно, поразило, что штурм одного дома поручался двум дивизиям. Да, огромные здания, стены которых не брали снаряды обычных пушек, были как крепости. И гарнизоны защищали их немалые. 30 апреля в 14 часов 25 минут сержанты М. А. Егоров и М. В. Кантария подняли знамя Победы над рейхстагом. Когда комнаты, коридоры и подвалы этого здания очистили от врага, только пленных фашистов набралось больше двух с половиной тысяч.
   Последним очагом сопротивления в Берлине была имперская канцелярия. Под этим зданием находилось железобетонное убежище Гитлера. К моменту штурма Гитлера уже не было в живых, он отравился, страшась людского гнева. Имперскую канцелярию штурмовали тоже две дивизии. Вечером 1 мая она была взята.
   Берлин пал 2 мая 1945 года. Во второй половине дня остатки его гарнизона начали сдавать оружие. Дата "2.5" стоит на нашей карте среди условных обозначений городских кварталов Берлина. Неприятельский овал перечёркнут крестом. Крестом перечёркнуто и кольцо у Вендиш-Буххольца. Там дата капитуляции врага "30.4".
   Вспомни-ка дни, когда фашисты были окружены: 24 и 25 апреля. Подсчитай, сколько времени понадобилось, чтобы разгромить обе группировки? Неделя. Это ли не доблестный срок! А вся Берлинская операция уложилась в 22 дня. В ходе операции наши войска разгромили 70 пехотных, 12 танковых и 11 моторизованных дивизий, взяли около полумиллиона пленных.
   Для нас в минувшей войне не было лёгких побед. Враг был сильный, жестокий – фашисты. В Берлинской битве три наших фронта потеряли убитыми и ранеными более трёхсот тысяч воинов...

   Великая Отечественная война окончилась в 0 часов 43 минуты 9 мая 1945 года – в это время представители германского верховного главнокомандования подписали в Берлине акт о безоговорочной капитуляции.