Волшебная кисть (творчество М. Врубеля)



Е. Журавлёва


   Юноша с тонким взволнованным лицом склонился над листком почтовой бумаги. Перо быстро-быстро бегает по строчкам. Письмо к лучшему другу, сестре... Ей поверяет он свои мечты, впечатления, планы.

М. Врубель. Автопортрет. 1904

   "...Приглянулся мне... один старичок: тёмное, как старый медный пятак, лицо, с выцветшими желтоватыми волосами и в войлок всклокоченной бородой; закоптелая, засмолённая белая с чёрными полосами фуфайка кутает его старческий с выдавшимися лопатками стан; лодка его внутри и сверху напоминает оттенки выветрившейся кости; с киля – мокрая и бархатисто-зелёная, как спина какого-нибудь морского чудища... Прелестная лодка. Прибавь к ней лиловато-сизовато-голубоватые переливы вечерней зыби, перерезанной прихотливыми изгибами глубокого, глубокого рыже-зелёного силуэта отражения. Рыбак сидит на полу привязанной к берегу лодки, ноги свесил за борт и предаётся вечернему отдохновению".
   Как точно видит этот юноша, с какой цепкой внимательностью вглядывается он в окружающее! Мир для него наполнен красками, тончайшими переливами нежных и ярких тонов, игрой солнечных бликов, ускользающими переходами теней и полутеней. Он жадно хочет захватить, объять весь этот ярко звучащий мир и запечатлеть в своих набросках, этюдах, картинах. Юноша над письмом – художник, замечательный художник Михаил Врубель.
   Ещё совсем маленьким мальчиком, лет пяти-шести, он полюбил рисовать. В своих ребячьих рисунках он изображал сцены из домашней жизни и с не свойственной возрасту серьёзностью мог подолгу перелистывать журналы с изображениями картин прославленных мастеров живописи.
   Однажды в Саратов, где жила семья Врубелей, привезли большую копию с фрески Микеланджело, великого художника эпохи Возрождения. Отец повёл девятилетнего Мишу посмотреть её. Мальчик, поражённый, долго рассматривал картину. Его с трудом удалось оторвать от неё, а дома он по памяти с величайшей точностью, во всех подробностях воспроизвёл сложную композицию со всеми характерными фигурами.
   В 1880 году Врубель поступил в Академию художеств, где его учителем стал знаменитый педагог П. П. Чистяков, которого высоко ценили крупнейшие русские художники Суриков, Репин, Поленов, Серов.
   Чистяков учил молодёжь пристальному наблюдению натуры. Каждый мазок, каждый штрих должен выявлять форму предмета: ничего лишнего, надуманного, приблизительного, всё должно быть строго сверено с натурой.
   Врубель занимался без устали. Его настойчивость в академии чуть ли не в пословицу вошла. Он работал по двенадцать часов в день с коротким перерывом на обед. Но и этого ему было мало: по воскресеньям ходил к Репину на уроки акварели.
   Для него не существовало ничего, кроме искусства. Его не смущала необходимость ходить в старом пиджаке, не тяготило месяцами длившееся безденежье, он отказывался от встреч с приятелями, от развлечений и отдыха. Мысли и желания, "посторонние искусству", не имели доступа к его душе. "Врубель меня радует, – писал о нём Чистяков, – что-то тонкое и строгое в то же время начинает проявляться в его работах".
   Весной 1884 года из Киева в Петербург приехал профессор А. В. Прахов и обратился в академию с просьбой указать ему художника, который сумел бы возглавить работу по восстановлению росписей древней Кирилловской церкви, построенной в двенадцатом веке. Чистяков указал на молодого Врубеля. Врубель без колебаний согласился.
   В Киеве он восстанавливал пострадавшие от времени стенные росписи и писал новые композиции в духе древних фресок на тех местах, где уже ничего не сохранилось. Эта работа, связанная с пристальным изучением замечательных памятников византийского и древнерусского искусства, по-новому обогатила его.
   Осенью 1889 года Врубель переселился в Москву. Первой картиной, которую он здесь создал, был "Демон".
   Врубель страстно любил Лермонтова, в особенности поэму "Демон". Образ Демона проходит через всё творчество художника как большая, самостоятельная тема, отражающая его думы и чувства.

М. Врубель. Демон сидящий. 1890

   Ранний врубелевский Демон был навеян поэмой Лермонтова. Перед нами юношески прекрасный образ, полный сверхчеловеческой мощи и гордого одиночества. В глазах светится жгучая печаль. Скорбно сплетенные пальцы сомкнутых рук выражают душевную скованность. Кажется, что Демон не в силах подняться, не в силах преодолеть своей тоски.
   Врубель нашёл какие-то особо выразительные средства, чтобы создать этот фантастический образ. Картина не так уж велика, а фигура Демона кажется подавляюще огромной. Может быть, это впечатление достигается тем, что Демон как бы не вмещается в поле картины, а может быть, преувеличенной, подчёркнутой лепкой мускулов. Тело Демона словно высечено из горных пород. Кажется, он сам огромен, как скала. Окутывающая колени Демона ткань глубокой, чистой синевы: исполинские, небывалые цветы; пламенеющие полоски заката на тёмно-лиловом небе – во всём стихийная, величественная красота.

М. Врубель. Демон поверженный. 1902

   В отличие от других произведений Врубеля, посвященных той же теме, эту картину принято называть "Демон сидящий". Позднее, в последние годы своего творчества. Врубель написал "Демона поверженного". В этой картине сказалось то чувство тревоги и трагического напряжения, которое владело в то время художником. Картина была уже на выставке, а Врубель приходил по утрам, до посетителей, и всё дописывал её, главным образом лицо. Ему хотелось ещё и ещё усилить выражение гнева в этом лице.
   Низвергнутое с высоты тело распростерто на горных вершинах. Могучие крылья сломаны. Сгущается мрак. Холодные отблески заката озаряют венок на голове Демона и вечные снега.

Пляска Тамары. Иллюстрация. 1891

   Но Демон, изломанный, разбитый, не побеждён. В глазах, искажённых гневом и страданием, всё ещё светится "с небом гордая вражда". Тут сказалась близость к лермонтовскому Демону, хотя в целом трагический образ, созданный Врубелем, далёк от лермонтовского Демона – могучего, прекрасного и свободного, такого, каким сам Врубель изображал его раньше, в своих иллюстрациях к юбилейному изданию сочинений великого поэта.
   Над этими иллюстрациями Врубель работал почти в то же время, что и над картиной "Демон сидящий". Иллюстрации сделаны чёрной акварелью, но кажется, что они цветные: так тонки и богаты переходы от светлых тонов к тёмным. Вот где проявился замечательный талант Врубеля-акварелиста!
   Больше всего иллюстраций у него к поэме "Демон". К лучшим из них относятся: "Пляска Тамары", "Несётся конь быстрее лани", "Демон в келье Тамары", "Мёртвая Тамара".
   Легки и плавны движения пляшущей Тамары, горяч и стремителен танец юного грузина.

Не плачь, дитя! Не плачь напрасно! Иллюстрация. 1890–1891

А над всей этой красочной сценой, дышащей неподдельной радостью и весельем, высится смутная фигура Демона, охваченного "неизъяснимым волнением", пробудившимся в его душе от встречи с Тамарой.
   В иллюстрации "Несётся конь быстрее лани" с необычайной силой передано то чувство тревоги, которое вызывают в нас и лермонтовские строки. Фигура мёртвого всадника, упавшего головой на гриву копя, суровый и дикий горный пейзаж и этот одинокий копь с убитым хозяином – всё это так же ярко и чётко, как и стихи поэмы. Мы будто слышим звонкий стук копыт по каменистой дороге.

Несётся конь быстрее лани... Иллюстрация. 1890–1891

   Тонкое проникновение в дух лермонтовской поэзии характерно и для других иллюстраций Врубеля. В рисунке к поэме "Измаил-Бей" художник прекрасно передал чувство грусти, вызванное минутой расставания:

   Уныло Зара перед ним
   Коня походного держала...

   В творчестве Врубеля всегда проявлялось страстное тяготение к миру фантастики, к поэтическим, сказочным образам. Эта черта особенно раскрылась в период общения с великим русским композитором Н. А. Римским-Корсаковым. Врубель с увлечением писал декорации, эскизы костюмов для постановки опер. Особенным успехом пользовались его декорации к опере Римского-Корсакова "Сказка о царе Салтане", поставленной В 1899 году.

Прощание Зары с Исмаилом. Иллюстрация. 1890–1891

   Увлечённый сказкой Пушкина и музыкой Римского-Корсакова, Врубель написал одну из лучших своих картин – "Царевна-Лебедь". Он изобразил одинокую девушку с большими, широко раскрытыми, полными грусти глазами. Стройная, окутанная, словно облаком, розовато-белыми крыльями, она медленно плывёт но холодному, тёмному морю. Надвигаются сумерки. Свинцово-синяя вода, далёкий остров, горящий в лучах заката, усиливают отпечаток таинственности в картине.
   Сказками навеяны картины "Пан" и "К ночи". Пан, один из богов древнегреческой мифологии, в картине Врубеля напоминает лешего, создание русской народной фантазии, и окружён русской северной природой. Низкие, топкие луга, серп месяца над дальним лесом, чахлые берёзки и кустарники, нежные цветы фиалок, синяя речка – во всём задумчивая грусть, покой, тишина.

М. Врубель. Царевна-Лебедь. 1900

   Глубоким чувством веет от картины "К ночи". Степь погружается в летние сумерки. В лучах угасающей зари пламенеют цветы чертополоха. Сочетание лилово-синего неба и ярких, словно светящихся изнутри цветов придаёт картине что-то сказочное и волнующее. Это впечатление ещё усиливается фигурой полевика, пробирающегося сквозь густые заросли к пасущимся коням. В лучах заката страшное лицо полевика, его обнажённая спина и плечо, грива и круп богатырского коня кажутся слитками тёмной бронзы. В стороне – силуэт другого коня, тревожно насторожившегося, словно обеспокоенного приближением ночи, которая опускается на широкую степь, уходящую в лиловую даль. И кони, и полевик, и эти буйные заросли трави цветов одновременно и реальны и фантастичны. Кажется, что сама степь, озарённая последними лучами заката, породила в воображении художника фантастические образы, и вот простые крестьянские лошади превратились в сказочных коней, а пастух – в полевика.
   Так всё, к чему бы ни прикоснулась волшебная кисть Врубеля, превращается в сказку.
   Тяжело и трагично прошли последние годы жизни этого художника-поэта. Поражённый недугом, Врубель провёл их в психиатрической лечебнице. И там, когда ему становилось лучше, он продолжал работать: делал наброски с натуры, рисовал больных и сцены больничного быта. Именно в один из таких периодов он создал замечательный по мастерству автопортрет, который помещён здесь.

М. Врубель. К ночи. 1900

   Печальны и тягостны были годы болезни, но жизнь нанесла художнику ещё один, самый жестокий, самый непоправимый удар. Он лишился зрения, а значит, и своего любимого искусства, составлявшего для него всё.
   Недолго он прожил после этого. Но его картины – своеобразные, поэтические, яркие – бережно хранятся в музеях нашей страны.