По улице мостовой... (об истории и будущем архитектуры)



Г. Искржицкий


   Люди возводят города уже несколько тысячелетий. Сколько городов было построено за это время на земле? Вряд ли кто-нибудь знает точно. Однако с уверенностью можно утверждать, что ни один город не похож на другой. А что определяет лицо города? Конечно же, улица. Если совершить воображаемый полет над городами разных эпох, то с высоты можно отчетливо увидеть – здесь улицы, причудливо переплетаясь, создают затейливый узор, там они, образуя гигантскую сетку, делят город на геометрически правильные пространства.
   Археологические раскопки свидетельствуют, что еще в глубокой древности люди имели представления о наиболее удобной планировке городов, их очертаниях, о рациональном размещении улиц и отдельных зданий. Самый древний дошедший до нас градостроительный документ – глиняная дощечка с планом города Ниппура, который существовал три с половиной тысячи лет назад в Месопотамии.
   Теорией градостроительства занимались такие выдающиеся мыслители, как Платон, Аристотель и даже "отец медицины" Гиппократ. Именно с Древней Греции регулярный (с взаимно перпендикулярными улицами) план города начинает свою жизнь. Этот план – детище греческого теоретика и практика градостроительства Гипподама, который жил в V веке до нашей эры. Но самый значительный античный теоретик архитектуры и градостроительства – римский архитектор I века до нашей эры Витрувий. Он написал "Десять книг об архитектуре" – подлинную энциклопедию строительного искусства. Столетия она оставалась теоретическим и практическим руководством для специалистов.
   Греческий регулярный план становится основой римских военных лагерей-городов. Он присутствует в проектах архитекторов Ренессанса и является почти единственной планировочной системой эпохи классицизма. Просуществовав до XIX века, этот тип плана и сегодня в том или ином виде возвращается в современные градостроительные проекты.
   После распада Римской империи градостроительство Европы приходит в упадок. Вплоть до эпохи Возрождения не было создано ни одной теоретической работы по архитектуре, а города, вчера еще многолюдные, превращались в незаметные селения.
   Лишь с X–XI веков в средневековой Европе вновь расцветает градостроительство. Часть городов возникла на месте римских военных лагерей и сохранила их регулярную планировку, другая часть выросла на нерегулярных планах бывших торговых колоний, вокруг замков феодалов и крепостей.
   Город, возникший вокруг центрального ядра, увеличивался, "наращивая" слои застройки. И каждый раз город обносили новой крепостной стеной. Дороги, сходившиеся к центру, образовывали радиальные, а проходившие вдоль крепостных стен – кольцевые улицы. Так возникла радиально-кольцевая планировка. План такого города похож на поперечный срез дерева. Подобный путь развития прошла, например, Москва.
   Каждая эпоха и каждое общество стихийно или сознательно преобразовывают города, полученные в наследство от прошлого, приспосабливая их к своим потребностям. Меняется и лицо города – его улицы. Давайте совершим небольшое путешествие по некоторым городам в разные периоды их истории и познакомимся с тем, как "живут" улицы во времени и как при этом меняют свой облик.

"По широкой столбовой..."

   Слово "улица" появилось на Руси очень давно. "По улице мостовой, по широкой столбовой, по широкой столбовой шла девица за водой",– поется в старинной русской песне. Уже в X–XI веках главные улицы русских городов покрывали сбитыми в ряд бревнами, которые называли "мост". Отсюда и "мостовая".
   Как выглядела пять столетий назад московская улица? Пройдем из одного "конца", как тогда называли районы города, к центру – Кремлю. Ширина улицы около 12 метров: по тем временам значительная. В этом есть резон: меньше опасность пожара. Ведь город вплоть до XV века целиком состоял из деревянных домов и часто страдал от многочисленных пожаров.
   Вдоль улицы глухие заборы из остроконечных кольев. Крепкий частокол из еловых или дубовых бревен прерывают лишь не менее солидные и прочные ворота или глухие стены хозяйственных построек. У каждого горожанина свой "двор" – усадьба с жилыми и хозяйственными постройками. Здесь производят почти все, что необходимо для жизни семьи. Поэтому горожанину можно довольно редко выходить на улицу...
   А как выглядят улицы европейских городов, расположенных за тысячи верст от Москвы?

Лабиринт из камня

   Еще издали силуэт города ершится многочисленными башнями. За главными воротами – лабиринт извилистых улочек. Огромным крестьянским повозкам здесь тесно. Да это и неудивительно: самая широкая улица, например, в средневековом Париже – 8 метров. Там есть и улицы, на которых не могут не только разъехаться два всадника, но даже разойтись две дородные горожанки с покупками. В южных итальянских городах, где дует горячий ветер "сирокко", ширина улиц не превышает 3 и даже 2 метров. Лишь улицы чешских и германских городов, вытянутые от городских ворот до ратушной площади, несколько шире. Эти улицы, на которых торговали привозными товарами, назывались "длинным рынком".
   Узкие улицы не имели тротуаров, не были часто и замощены. Город буквально утопал в грязи. Жители, например, Парижа отваживались покидать свои дома не иначе, как верхом на лошади или в высоких охотничьих сапогах.
   В городе, зажатом крепостными стенами, на учете каждый клочок земли. Это вынуждает жителей тянуть дома вверх. Плотно прижатые друг к другу, дома слились в одну непрерывную стену. Лишь цвет да отделка фасадов отличают один дом от другого. Множество балконов: деревянных, каменных, металлических, – открытых и закрытых галерей повисло над улицей. Тяжелые дубовые двери домов навешены на массивные железные петли с затейливым рисунком. Стены вокруг дверей украшены рельефом из камня или росписью. Окна самой причудливой формы: квадратные, вытянутые, щелевидные. Часто над входом в дом висят металлические крендель, сапог, рукавица: они показывают, чем занимается хозяин.
   Улицы нередко меняют свое направление, да и ширина их непостоянна. А вот и река. Однако она не помеха для улицы.

Улица над водой

   У реки улица переходит в мост. Он совсем не похож на современные мосты. По обеим его сторонам тесно прижались друг к другу харчевни, лавки торговцев, мастерские ремесленников, конторы денежных менял. Мост стороной не объедешь. Вот и облюбовали его предприимчивые торговцы и ремесленники. Такие многоэтажные мосты-улицы с крытыми пассажами, то есть проходами, строили во многих средневековых городах Западной и Восточной Европы. Некоторые из них существуют и поныне, например, в итальянском городе Флоренции и немецком городе Эрфурте.

"Невская першпектива"

   В эпоху Возрождения возникло представление о городе как о произведении искусства. В конце XVI века в Риме начинают прокладывать прямые улицы, соединяющие наиболее значительные общественные здания. На пересечениях этих улиц размещают обелиски, фонтаны. Прямые улицы, проходящие через большие территории города, получили название проспектов (от лат. рrоsресtus – вид, обзор)...
   Невский проспект Гром пушек на пустынных болотистых берегах Невы в мае 1703 года возвестил миру о рождении северной столицы России – "Санкт-Питер-Бурха". Это событие – историческая веха в русском градостроительстве, рождение нового градостроительного мышления.
   Петр I желал придать своему детищу облик, не уступающий облику лучших регулярных городов Западной Европы. Он считал, что улицы должны быть прямолинейны, дома надо размещать вдоль улиц по внешним границам кварталов. Подобной застройки до того времени не знали русские города с их извилистыми улицами.
   ...Ровный строй зданий по обеим сторонам улицы подчеркивает строгость перспективы Невского проспекта. Однородность застройки нарушается в местах, где проспект пересекают реки Фонтанка, Мойка и канал Грибоедова. В глубине сквера возникает изящный фасад театра имени А.С.Пушкина, а через несколько кварталов – великолепная колоннада Казанского собора. Двигаясь по проспекту к центру, мы все время видим башню Адмиралтейства...

Зелёное ожерелье

   На рубеже XVII и XVIII столетий в городах, кроме проспектов, появляются и бульвары.
   Слово "бульвар" происходит от французского bоulеvard, преобразованного из немецкого Воllewerk – городской вал, бастион.
   Какая связь между зеленью и бастионами? Дело в том, что к началу ХVIII века военная техника шагнула так далеко вперед, что традиционные укрепления: валы, стены, рвы – оказались не в состоянии защитить город. При реконструкции их начинают разбирать, а на их месте появляются озелененные улицы.
   Первый бульвар был создан в Париже в 1670 году. Архитекторам очень понравился этот тип улицы. Почему? Среди тесно расположенных домков появилось широкое зеленое пространство. Листва деревьев и кустарников скрывает великое множество самых разных "лиц" домов, выходящих на бульвар, а ряды стволов деревьев создают строгость перспективы и общую гармонию пространства. Так появились Большие бульвары Парижа, бульварное кольцо Москвы, Рингштрассе в Вене.
   К концу XIX века бульвары постепенно превращаются в улицы, по которым оживленно движутся транспорт и пешеходы. В этот период бурно развивается промышленность. Как существовать городам в этих новых условиях?

Каменный коридор

   Столица Франции – первый крупный город, "откликнувшийся" на промышленную революцию. Город, в котором уже в то время жили свыше миллиона человек, в середине XIX века рассекли бесконечно длинные улицы, улицы-коридоры, застроенные в основном шестиэтажными домами, плотно прижатыми друг к другу.
   Длинные широкие улицы получили во Франции, а затем в США, Великобритании и некоторых других странах название авеню. Огромные размеры авеню рождали у современников ощущение величия города, чувство парадности. К тому же на широкой улице легче двигаться и транспорту. А его на рубеже XIX и XX веков в городах становилось все больше. Сегодня сплошной поток автомобилей заполнил "каменные коридоры" крупных старых городов.
   "Универсальной" городской улице пришел конец. "Что же делать? – задумались градостроители. – А что, если "специализировать" улицы по назначению?"

Дорога автомобилей

   Стремительно несется по шоссе разноцветный поток автомашин. Вот и кольцевая автодорога. Машина ныряет под мост, и мы – в городе. Однако где же привычные дома, тесно прижатые друг к другу вдоль улицы? Ничего подобного нет: лишь плотная стена зелени по обеим сторонам проезжей части. Не видно и людей. Мы движемся по улице для автомобилей. Машина делает поворот и, миновав полосу деревьев и кустарников, защищающих дома от шума, пыли и выхлопных газов, въезжает на специальную стоянку. Дальше двигаться на машине нельзя: там – "царство" пешеходов.

Пешеходная аллея

   Густые кроны деревьев нависли над нарядной аллеей с магазинами, кафе, ресторанами, дискотеками, кинотеатром. Цветные плиты заменили привычный асфальт. Пестрая толпа сияет радостными лицами, слышны шутки, смех. Здесь люди разных возрастов, и всем есть занятие по душе. В тени – уютные уголки отдыха с красивыми скамьями и цветниками. Кое-где зелень, расступаясь, образует площадки с фонтанами. С наступлением темноты начинается праздник искусственного света: блеск витрин, "бегущий" огонь реклам, разноцветье фонтанных струй... Как все это не похоже на старые бульвары! Но и они – "ветераны" – сегодня не забыты. Там, где это не нарушает жизни города, бульвары превращают снова в пешеходные улицы для торговли, отдыха и развлечений.
   ...К полуночи гаснут огни на аллее, редеет толпа. Люди расходятся по домам. Они рядом – на соседней улице.

Улица-"змея"

   Здесь, среди почти нетронутой природы, привычной для нас улицы нет. Проезжая часть с тротуаром то приближается к домам, то несколько удаляется от них. Да, и сами дома стоят свободно, не следуя направлению улицы. Асфальтированные проезды ведут к входам в дома, к стоянке автомобилей и подземному гаражу, к школе и детскому саду...
   А как быть со старыми городами и их улицами-коридорами?

Тоннель или эстакада?

   Каждый город, большой или малый, живет во времени. Взгляните вокруг: здесь сносят ветхие дома, чуть дальше растет новое здание, через реку перекинулся новый мост, там, где еще недавно было поле, белеют корпуса нового жилого района... Реконструкция города – этого чрезвычайно сложного организма – дело серьезное.
   Преобразуя "городскую ткань", архитектор, словно врач, совершает операцию. Ошибки и просчеты здесь, как и в медицине, оборачиваются невосполнимыми утратами.
   Если градостроительная культура проектировщиков и строителей невысока, если они стремятся удовлетворить "сиюминутные" интересы, общество может лишиться ценных памятников прошлого. В 80-ые годы XX века, например, среди специалистов обсуждался вопрос о восстановлении Сухаревой башни в Москве – памятника петровской эпохи, снесенной в 30-е годы при реконструкции Садового кольца в районе Колхозной площади (с 1994 г. Сухаревской площади).
   В сферу реконструкции часто попадает целый исторически ценный район города, как это, например, произошло в Варшаве. После войны решили соединить единой улицей восточную и западную части города. Трасса проходила через прекрасно восстановленный исторический центр столицы – Старо място. Как быть? Специалисты решили новую улицу пропустить в тоннеле. Бродя по тихим живописным улочкам Старого мяста, любуясь памятниками национальной культуры Польши, многие туристы даже не подозревали, что у них буквально под ногами бегут нескончаемой вереницей трамваи, автобусы, автомобили...
   Когда позволяют городские условия или нет возможности сделать тоннель, строят "улицу над улицей", то есть сооружают эстакаду. В этом случае безопаснее двигаться автомобилям, да и нет задержки у перекрестков.
   Однако эстакады – эти огромные бетонные "этажерки" – далеко не всегда служат украшением города.
   Итак, характер каждого города подсказывает выбор определенного сооружения. Поэтому: и тоннель, и эстакада.
   Но это – в городах старых. А как будет выглядеть улица города Будущего?
   Новые города – это, по существу, города Будущего. В лучших из них воплощены наиболее передовые градостроительные идеи нашего времени.
   Эти города не отягощены "грузом прошлого" – историческими наслоениями – и дефектами, мешающими современному развитию. Поэтому новые города – это фундамент для дальнейшего совершенствования градостроительного искусства, обращенного в завтра.

Улица Будущего

   Людей всегда интересовало будущее, и они стремились "заглянуть" в него, в частности представить картину жизни города Будущего. Эти изображения порой оригинальны, часто наивны, иногда забавны. Вот лишь один пример.

    Открытка из серии 'Москва будущего'

   Небо буквально кишит летательными аппаратами самой причудливой формы. По пересекающимся металлическим эстакадам движутся вагончики с пассажирами. На земле – поток экипажей, отдаленно напоминающих автомобили. Это обилие техники совершенно подавило Красную площадь, которую можно узнать лишь по силуэтам Никольской башни Кремля и здания Исторического музея. За Кремлевской стеной – громада высотного здания. В середине площади одиноко возвышается памятник Минину и Пожарскому. Знатные граждане России поднялись на пьедестал словно для того, чтобы спастись от вакханалии городского транспорта... Так фантазия художника в 1913 году нарисовала центр Москвы на одной из открыток серии "Москва будущего".
   Сегодня эти картины вызывают снисходительную улыбку. Почему? Потому что "изобразить" архитектуру будущего невозможно, так как точно нельзя узнать и представить многие конкретные детали жизни людей будущего. Например, вряд ли кто-нибудь сможет точно сказать, сколько этажей в "доме будущего": 20, 40 или 100; или как будет выглядеть городской транспорт. Да и столь уж существенны подобные детали сегодня? В одном прав художник: новое всегда рождается в недрах старого.
   Свое начало улица Будущего берет уже сегодня. Мальчишкам и девчонкам, сидящим за партами, строить эту улицу, жить на ней и продлевать ее, передавая эстафету созидания грядущим поколениям.