Из баллады о Робине Гуде и Маленьком Джоне (в переводе Марины Цветаевой)





Рассказать вам, друзья, как смельчак Робин Гуд –
Бич епископов и богачей –
С неким Маленьким Джоном в дремучем лесу
Поздоровался через ручей?

Хоть и маленьким звался тот Джон у людей,
Был он телом что добрый медведь!
Не обнять в ширину, не достать в вышину –
Было в парне на что поглядеть!

Как с малюточкой этим спознался Робин,
Расскажу вам, друзья, безо лжи.
Только уши развесь, – вот и труд тебе весь!
Лучше знаешь, – так сам расскажи.

Говорит Робин Гуд своим добрым стрелкам:
– Даром молодость с вами гублю!
Много в чаще древес, по лощинкам чудес,
А настанет беда – протрублю.

Я четырнадцать дней не спускал тетивы,
Мне лежачее дело не впрок.
Коли тихо в лесу – побеждает Робин,
А услышите рог – будьте в срок.

Всем им руку пожал и пошел себе прочь,
Веселея на каждом шагу.
Видит: бурный лоток, через воду – мосток,
Незнакомец – на том берегу.

– Дай дорогу, медведь! – Сам дорогу мне дашь!
Тесен мост, тесен лес для двоих.
– Коль осталась невеста, медведь, у тебя,
Знай: пропал у невесты жених!

– Угрожаешь как трус, – незнакомец в ответ, –
У которого стрелы и лук.
У меня ж ничего, кроме палки в руках,
Ничего, кроме палки и рук!

– Мне и лука не надо тебя одолеть,
И дубинка простая с руки.
Но, оружьем сравнявшись с тобой, погляжу,
Впрямь ли равные мы игроки...

Словно грома удар, был Робина удар –
Так ударил, что дуб задрожал!
Незнакомец, кичась: – Мне не нужен твой дар, –
Отродясь никому не должал!

Словно лома удар, был чужого удар, –
Так ударил, что дол загудел!
Рассмеялся Робин: – Хочешь два за один!
Я весь век раздавал, что имел!

Разошелся чужой – так и брызнула кровь!
Расщедрился Робин – дал вдвойне!
Стал гордец гордеца, молодец молодца
Молотить, что овес на гумне!

Был Робина удар – с липы лист облетел!
Был чужого удар – звякнул клад!
По густым теменам, по пустым головам
Застучали дубинки, как град.

Ходит мост под игрой, ходит тес под ногой,
Даже рыбки в воде – наутек!
Изловчился чужой и ударом одним
Сбил Робина в бегущий поток.

Через мост наклонясь: – Где ты, храбрый боец?
Не стряслась ли с тобою беда?
– Я в холодной воде, – отвечает Робин, –
И плыву сам не знаю куда!

Но одно-то я знаю: ты сух, как орех,
Я ж, к прискорбью, мокрее бобра.
Кто вверху – одолел, кто внизу – проиграл.
Вот и кончилась наша игра!

Полувброд, полувплавь, полумертв, полужив,
Вылез, мокрый, бедняжка, насквозь!
Рог к губам приложил: так, ей-ей, не трубил
По Шервудским лесам даже лось!

Эхо звук понесло вдоль зеленых дубрав,
Разнесло по Британии всей,
И явился на зов лес стрелков-молодцов
В одеянье – травы зеленей.

– Человек этот мертв! – грозно крикнула рать,
Скопом двинувшись на одного.
– Человек этот – мой! – грозно крикнул Робин. –
И мизинцем не троньте его!

Познакомься, земляк! Эти парни – стрелки
Робингудовой братьи лесной.
Было счетом их семьдесят без одного,
Ровно семьдесят будет с тобой.

У тебя ж будет – плащ цвета вешней травы.
Кошелек, что забыли купцы.
Будет гусь в небесах и олень во лесах, –
К Робин Гуду идешь в молодцы!

– Видит бог, я готов! – удалец, просияв. –
Кто ж дубинку не сменит на лук?
Джоном Маленьким люди прозвали меня,
Но я знаю, где север, где юг.

– Джоном Маленьким – этакого молодца?!
Перезвать, – молвил Статли Вильям, –
Робин-гудова рать – вот и крестная мать.
Ну, а крестным отцом – буду сам.

Притащили стрелки двух жирнух-оленух,
Пива выкатили – не испить!
Стали крепким пивцом под зеленым кустом
Джона в новую веру крестить.

Было семь только футов в малютке длины,
А зубов – полный рот только лишь!
Кабы водки не пил да бородки не брил.
Был бы самый обычный малыш!

До сих пор говорок у дубов, у рябин
Не забыла лесная тропа,
Пень – и тот не забыл, как сам храбрый Робин
Над младенцем читал за попа:

– Джоном Маленьким был ты до этого дня,
Нынче старому Джону – помин,
Ибо с этого дня вплоть до смертного дня
Стал ты Маленьким Джоном. Аминь.

Будешь метким стрелком, молодцом, как я сам,
Будешь службу зеленую несть,
Будешь жить, как в раю, пока в нашем краю
Кабаны и епископы есть.

Хоть ни фута у нас – всей английской земли.
Ни кирпичика – кроме тюрьмы,
Мы как сквайры едим и как лорды глядим.
Кто владельцы всей Англии? Мы!


Рисунки П. Бунина.