Айзек Азимов. Ну и здорово же было!



   Это событие Марджи даже отметила в своем дневнике. Вечером на странице, датированной 17 мая 2155 года, она записала: «Сегодня Томми нашел настоящую книгу!»
   Это была очень старая книга. Дедушка Марджи рассказывал, что еще когда он сам был маленьким, дедушка говорил ему, что раньше все рассказы и истории печатались на бумаге.
   Теперь они листали пожелтевшие, сморщенные страницы. Было страшно забавно читать слова, которые стояли на месте, вместо того чтобы двигаться по экрану, как это им положено. И если потом вернуться к какой-нибудь странице, то на ней оказывались те же слова, что и в первый раз.
   – Гы-ы-ы, – протянул Томми, – это же расточительство. Раз прочтешь книгу – и все, хоть выбрасывай! Наш телевизор показал, наверное, уже с миллион книг и может показать еще сколько хочешь. Его бы я не выбросил!
   – Еще бы, – сказала Марджи. Ей было одиннадцать лет, и она еще не успела повидать столько телекниг, сколько Томми, которому было тринадцать.
   – Где ты ее нашел? – спросила она.
   – Дома. – Он ткнул пальцем, не поднимая головы, так как был поглощен чтением. – На чердаке.
   – О чем она?
   – О школе.
   Марджи усмехнулась.
   – О школе? Но, что можно написать о школе? Я ее ненавижу!
   Марджи всегда ненавидела школу, а сейчас особенно. Механический учитель давал ей одно задание по географии за другим, а отметки становились все хуже и хуже. Мама грустно покачала головой и послала за окружным инспектором. Это был маленький, круглый человек с красным лицом. Он принес целый ящик инструментов, каких-то дисков, проволочек. Он улыбнулся Марджи и дал ей яблоко, а потом разобрал учителя. Марджи надеялась, что инспектор не сумеет снова его собрать, но он отлично сумел. Примерно через час учитель уже стоял на своем месте, огромный, черный и безобразный, с большим экраном на животе, при помощи которого он читал лекции и задавал вопросы. Экран еще был ничего. Из всех частей Марджи больше всего ненавидела щель, в которую она должна была опускать домашние задания и контрольные работы. Их приходилось писать особым кодом на перфокартах – этому ее научили еще в шесть лет, – и механический учитель мгновенно выводил оценку.
   Закончив, инспектор улыбнулся Марджи и погладил ее по голове. Маме он сказал:
   – Миссис Джонс, ваша дочка не виновата. По-моему, сектор географии был настроен на слишком высокий темп. Это иногда бывает. Я его немного замедлил. Теперь он настроен на среднего десятилетнего ребенка. В общем же успехи вашей дочки вполне удовлетворительны. – Он еще раз погладил Марджи.
   Марджи была разочарована. Она надеялась, что они совсем заберут учителя. Увезли ведь раз учителя Томми почти на месяц, когда, в нем отключился сектор истории.
   Поэтому она и спросила Томми:
   – Кто же станет писать о школе?
   Томми посмотрел на нее очень снисходительно.
   – Это же совсем другая школа, дурочка. Это старая школа, какой она была сотни и сотни лет назад. Столетия назад, – важно добавил он, тщательно выговаривая слово «столетия».
   Это задело Марджи. «Ладно, ну и пусть я не знаю, какая у них там была школа».
   Некоторое время она заглядывала в книгу через плечо Томми, а потом сказала:
   – Во всяком случае, у них был учитель!
   – Конечно же. Но это был не обычный учитель. Это был человек.
   – Человек? Как же человек может быть учителем?
   – Ну, он просто рассказывал мальчикам и девочкам разные вещи, задавал им уроки, а потом спрашивал их.
   – Разве человек может быть таким образованным?
   – Еще бы. Мой отец знает не меньше, чем учитель.
   – Не может быть! Человек не может знать столько, сколько учитель!
   – Во всяком случае, немногим меньше. Спорим!
   Марджи подумала, спорить ей или нет.
   – Я бы не хотела, чтобы в моем доме жил чужой человек и учил меня, – сказала она.
   Томми чуть не подавился от смеха.
   – Ничего ты не знаешь, Марджи. Учителя вовсе не жили в домах своих учеников.
   Были такие специальные здания, и все дети ходили туда.
   – И все дети учили одно и то же?
   – Конечно, если они были одного возраста.
   – Но моя мама говорит, что каждый учитель должен быть настроен в соответствии со способностями того мальчика или девочки, которого он учит, и что каждого ребенка надо учить отдельно!
   – Все равно, у них все было иначе. Если тебе не нравится, пожалуйста. Можешь не читать!
   – Я не говорю, что не нравится, – быстро сказала Марджи. Ей хотелось почитать об этих смешных школах.
   Они не дочитали и до середины, как мама позвала:
   – Марджи! Пора в школу!
   Марджи оторвалась от книги:
   – Еще немножко, ну, мамочка!
   – Нет, сейчас же,– сказала миссис Джонс. – И Томми тоже, наверно, пора.
   – Почитаем еще немножко после школы? – спросила Марджи.
   – Может быть, – небрежно ответил Томми. Посвистывая, он взял книгу под мышку и ушел.
   Марджи пошла в класс. Он был по соседству со спальней. Механический учитель был уже включен и ждал ее. Он бывал наготове в одно и то же время каждый день, кроме субботы и воскресенья. Мама считала, что маленькие девочки лучше учатся, если это бывает в одно и то же время.
   Экран светился. На нем появилась надпись: «Занятие по арифметике – сложение простых дробей. Пожалуйста, опусти вчерашнее задание в щель».
   Зевнув, Марджи подчинилась. Она думала о старой школе в то время, когда дедушка ее был еще маленьким мальчиком. Малыши со всей округи собирались с криком и смехом в школьном дворе. Они сидели в одном классе, а в конце дня вместе шли домой. Все учили одно и то же, могли помочь друг другу готовить уроки и поболтать о школьных делах.
   А учителя были люди...
   Механический учитель зажег на экране надпись: «Если сложить дроби 1/2 и 1/4 ...»
   Марджи думала о том, как, наверное, в старое время ребята любили школу. «Ну и здорово же было!» – решила она.

Перевел с английского А. Бородаевский.
Рисунки В. Чижикова.