Великий подвиг (о жизни математика Л. Эйлера)



Ж. Яновская


   Большой зал со сводчатым потолком и высокими узкими окнами старинного университета в Базеле полон народа. Лекцию читает знаменитый математик Иоганн Бернулли. Наклонившись над столами, студенты записывают.
   За крайним столом справа сидит мальчик лет двенадцати-тринадцати. Бернулли замечает его и подходит к нему.
   – Что ты здесь делаешь, малыш?
   Мальчик встает. Лицо его заливает краска.
   – Я хочу изучать математику. Разрешите мне слушать ваши лекции, господин профессор.
   Иоганн Бернулли пожимает плечами. С каких это пор в университете стали учиться дети?
   Профессор продолжает занятия. Теперь он дает задачу на новую теорему. Задача трудная.
   Бернулли ходит между рядами и наблюдает, кто как справляется с задачей. Мимоходом заглядывает через плечо мальчика за правым столом. Сумел ли он хоть правильно записать условие? О решении, конечно, и речи быть не может. Но что такое? Малыш решил задачу, и, кажется, верно! Кто этот мальчик, откуда он, как его зовут?

***

   Погожим майским утром 1727 года у петербургской заставы остановился возок. Из него вышел совсем еще молодой человек с худощавым энергичным лицом, на котором порядком выдавался нос и живыми искрами поблескивали чуть выпуклые глаза. На ломаном русском языке приезжий объяснил, что едет из Швейцарии, и предъявил документы на имя Леонарда Эйлера.
   Караульный начальник взглянул на бумаги, взял с извозчика три булыжника – налог для строительства города, – и возок проехал дальше, по Невской першпективе. Эйлер с интересом смотрел на Петербург. Здесь все было иначе, чем в Базеле: и прямые широкие улицы, и строящиеся корабли.
   Он вспоминал детство, гимназию и тот день, когда тринадцатилетним мальчиком он впервые переступил порог университета. Тогда, после лекции, профессор Бернулли позвал его к себе и с тех пор стал его учителем и другом.
   Окончен университет. В шестнадцать лет получена ученая степень. Так хочется работать! Но где? В его родной Швейцарии работы не находится. И вдруг пришло приглашение от русской Академии Наук. Какое счастье! Он быстро собирается и едет в Россию. Здесь начнется его настоящая жизнь, полная упорного труда, исканий и завоеваний.

***

   Конференц-зал Академии Наук. За длинным столом, покрытым зеленым сукном, сидят важные академики в шитых золотом камзолах, в пудреных париках. Сообщение делает Леонард Эйлер.
   Академики перешептываются, удивляются. У молодого ученого – большая судьба. Ведь не проходит ни одного заседания, чтобы он не выступал с чем-то новым! Огромное трудолюбие и талант. Но то, что он доложил сегодня, – поистине гениально. Новые приемы составления и решения уравнений! Они помогут найти ответы для многих задач в физике и технике.
   Теперь, когда закончена большая работа, Эйлер позволит себе немного отдохнуть. По набережной Невы он возвращается домой. Мимо проплывают баржи, ялики, лодки. Вот крытая шлюпка Академии направляется к Кунсткамере. Наверное, опять кто-то из иностранных гостей хочет осмотреть достопримечательности первого русского музея. Вдруг Эйлер останавливается.
   По Неве движутся два ботика, похожие друг на друга. Но почему один ушел далеко вперед, а другой зарывается носом в воду и не может его догнать, несмотря на все усилия гребцов? Отчего так происходит? Наверно, второй ботик построен хуже первого.
   Как строить корабли, чтобы они были на воде устойчивы, легки и быстроходны? Видимо, их следует заранее рассчитывать, придавать им определенные размеры и форму. А правил расчета нет...
   Сегодня же он посмотрит, как приступить к этой работе. А отдых – когда-нибудь в другое время.
   Проходят месяцы, годы, и Эйлер заканчивает большую книгу "Морская наука". В ней основа новой отрасли знаний – теории корабля. Теперь можно заранее, до постройки корабля, вычислить по чертежу все его элементы, найти центр тяжести и придать такой вид кораблю, чтобы он имел наилучшие мореходные качества.
   Книга Эйлера переиздается во многих странах и становится незаменимым руководством при постройке судов.
   ...Иногда по вечерам Эйлер поднимается в небольшую астрономическую обсерваторию в башне Кунсткамеры.
   Мерцают звезды на темном небе. Луна льет на землю свой голубоватый холодный свет. Эйлер смотрит в подзорную трубу. Его неудержимо влечет к себе звездный мир. Какой путь совершают планеты? Как движется Луна? Почему образуется хвост у комет? Человек может все познать, даже тайны далеких миров. Как знать, может быть когда-нибудь люди достигнут звезд!
   Эйлер работает над проблемами астрономии. Он находит новые методы для определения пути планет, создает теорию движения Луны, по которой вычисляются лунные таблицы. Это – огромный подарок мореплавателям. Теперь не страшно ночью потерять правильный путь в море. С помощью лунных таблиц и измерения высоты Луны можно всегда определить местонахождение корабля.
   Интересуют Эйлера и нерешенные вопросы механики.
   Маленький сынишка Эйлера Иоганн-Альбрехт удивлен: отец взял его волчок, раскрутил и сосредоточенно наблюдает за его движением. На своей тоненькой ножке волчок вертится и не падает.
   – А что если его ударить? – спрашивает отец.
   – Тогда уж он упадет, – отвечает уверенно сын.
   Но получается иначе. Волчок от толчка пальцем, как живой, отскакивает в сторону, и даже не в ту, куда направлен удар, а под прямым углом.
   Мальчик озадачен. Почему так происходит? Отец смеется и забирает игрушку к себе в кабинет.
   Много вдохновенного упорного труда затратил Эйлер, чтобы объяснить удивительное поведение волчка. Этими исследованиями он положил начало новому важнейшему разделу механики – теории движения твердых тел.
   Сейчас волчок применяется во многих приборах. Гироскопический компас, который гораздо надежнее магнитного, авиагоризонт и указатель поворотов, помогающие летчику находить путь в слепом полете, торпеда, устойчиво сохраняющая направление на цель, – все они основаны на использовании волчка. А искусственные спутники, космические ракеты! Их устойчивость в полете тоже обеспечивается свойствами волчка.
   Немало у Эйлера дел и по Академии. Чем только ему не приходится заниматься!
   Только что он закончил статью для академического журнала. Теперь склонился над картой. Правда, он не географ, но для составления генеральной карты России срочно требуются расчеты, и его просили помочь.
   Другие ученые брались сделать эту работу за три месяца. Эйлер изобрел новый метод расчета и закончил вычисления за три дня. А на очереди – учебник по арифметике, который он пишет для гимназии.
   Только однажды Эйлер отказался от предложенного ему "задания": его просили предсказать по звездам судьбу царевича Ивана, наследника престола. Не помогли даже уговоры императрицы.
   Как-то восхищенный трудами Эйлера прусский король спросил:
   – Откуда у вас столько премудрости?
   – Всем обязан пребыванием в Петербургской Академии Наук, – ответил Эйлер.
   Эйлеру около шестидесяти лет. Теперь заболевает левый глаз. Врачи запрещают Эйлеру работать. Такого удара ему не перенести. Он обязан записать те бесчисленные мысли, вычисления и решения, которые теснятся у него в голове!
   ...Начинают болеть глаза. Они не выдерживают такого напряжения: ведь это изо дня в день! Эйлер слепнет на правый глаз. А работает по-прежнему много.
   Как когда-то его учитель Бернулли, Эйлер преподает математику. У него занимаются первые русские студенты-математики. Эйлер с похвалой отзывается о работах Ломоносова, изобретениях Нартова и Кулибина.
   Ученый пробует работать немного, вполсилы. Занимается тайком от домашних. Строчку за строчкой, страницу за страницей лихорадочно покрывает формулами и выкладками.
   А болезнь все тяжелее. Эйлер теряет зрение полностью и навсегда.
   Наступает ночь. Эйлер не различает лиц своих близких, не видит написанного, не может читать... Если даже утихнут боли, разве сумеет он теперь производить сложные вычисления, проверять их, сличать с тем, что было написано им раньше или что сделано другими учеными? Конечно, нет. Так думали все. Эйлер не согласился с этим.
   Как жить без любимой работы? Каждый человек должен совершить то, к чему он призван. И, как только состояние немного улучшается, Эйлер начинает работать.
   Неимоверным усилием воли напрягает ученый свою память и воображение и делает в уме сложнейшие вычисления и выкладки. Затем диктует их окружающим – своему старшему сыну Альбрехту, теперь тоже математику, своим ученикам – Головину и Фуссу, иногда – даже мальчику-слуге, никакого понятия не имеющему о математике. Эйлер старается помедленней, поясней выговаривать слова, он сам, не видя, показывает, как пишутся отдельные буквы и знаки в математике. Так создается "Алгебра" Эйлера.
   Позже Эйлер научился сам записывать свои мысли. В его комнате поставили большой стол, покрытый грифельной доской. Весь день худощавый старик прохаживался вокруг стола, обдумывая свои соображения. Чтобы не упасть, он рукой придерживался за край стола, отчего тот впоследствии становится гладким, как полированный. Время от времени Эйлер наклоняется над столом и пишет мелом на доске, делает вычисления. Не сразу, но он научился писать так, что строчки не находили одна на другую. Затем ученики Эйлера переносят эти записи в тетрадь.

***

   Вся жизнь Эйлера – великий подвиг. Какая сила воли нужна была, какая огромная любовь к науке, чтобы совершить то, что сделал он. Перу Эйлера принадлежит около восьмисот работ, почти половину из них он написал уже совершенно слепым.
   Умер Эйлер в сентябре 1783 года. "Эйлер перестал вычислять и жить", – сказал про него один из современников.
   Прошло более двухсот лет. Но числа Эйлера, теоремы Эйлера, углы Эйлера, уравнения Эйлера навсегда остались в математике и механике. И, кажется, нет такой области в точных науках, где бы не упоминалось имя Эйлера.